judas votary
be my lady, dominate
— Нурагрим... - Гном почувствовал толчок в спину. - Нурагрим! Проснись!
— Я же сказал, что просто Нур. Шестьдесят лет уже это говорю, черт подери, - прохрипев недовольно и тряхнув головой, отчего длинные тяжелые черные дреды стяганули разбудившего по, видимо, лицу, кузнец сел и повернулся к нему. Оказалось, это был Ноз Темнопев. Опять уснул в таверне рядом с Каменнолобым, чертов пьяница. - Хватит мне упоминаний о Скоргриме из-за одного только имени.
Темнопев потер широкий нос и пригладил светлую бороду.
— Ты не передумал ехать? - Голос его звучал так, будто он уже оплакивал своего товарища.
— Нет. Ты только ради этого меня разбудил? Клянусь своей бородой, я попрошу Лорда Двалина издать указ, по которому сентиментальным гномам вроде тебя вход в таверну будет запрещен, - после этой тирады Нур снова улегся на жесткую скамейку.
— Но зачем это тебе?
Нурагрим тяжело вздохнул. Ну и как это объяснишь?
"Я решил дойти до Одинокой Горы, чтобы покаяться перед своим Королем, которого так подвел?"
"Я ухожу, потому что каждую ночь, каждую секунду слышу переливистый голос руды Кхазад-Дума, зовущей меня на верную гибель?"
"Я должен проследить и, как могу, помочь юному Гимли в его пути?"
"Я хочу дойти до родного Гундабада и хотя бы в одиночку, хотя бы одного проклятого орка уложить за все то, что они сделали?"
Вместо этого гном только покачал головой, невесело усмехнувшись.
— Кузнец решил вспомнить о своем предназначении. Когда-то я был стражем, обещавшим Лорду Торину присматривать за... За этим всем.
Ноз протянул ему рунический камень с выгравированным именем.
— Двалин сказал, что ты идешь в Морию. Там ведь еще и Лорд Балин, его брат... Вот, это камень моего отца. Положи его там... Думаю, ты сам решишь, где, - Ноз не был дураком. Как и все другие, он понимал, что от той экспедиции не осталось в живых уже, наверное, никого. Верил в непобедимость брата только Двалин, что было довольно иронично, но в то же время и очень воодушевляюще.
Нурагрим взял камень и убрал в мешочек на шее, где лежал его такой же.
— Обязательно, друг мой. Когда мы встретимся в Зале Праотцов, твой отец подтвердит, что камень нашел его.
Темнопев потер глаза и кивнул. Положив руки на плечи друг друга, гномы ударились лбами, рассмеявшись - добрая традиция прощания.
Рано утром Темнопев ушел на свой пост, не решившись снова будить друга.